esgal (esgal) wrote,
esgal
esgal

Грузия-19: Свиное проклятие.

Краткая предыстория такова: мы взяли с собой на ужин вкусненькую свининку, которую я ещё в городе старательно замариновал с лучком и винным уксусом. В деревушку Дартло (общий вид и вид на отдельно стоящую группу домиков с «гостевым домом», как здесь называют хостелы, - последние иллюстрации предыдущего файла) добрались уже под вечер и под вопли желудков, быстренько ознакомились с диспозицией спальни-кухня-мойка-санблок и ринулись готовить жрать. Пока нарезали помельче, Дима прикусил сырого маринованного мясца, да и я тоже – вкусняшка же! Кинули на сковороду, накрыли крышкой, облизнулись... Тут пришла единственная из местных женщин, которая говорила по-русски.
- Что это вы жарите?
- Свинину, - честно ответил Андрей.
Женщина изменила выражение лица и удалилась.
Над выселками поплыл аромат, у нас потекли слюнки. Вскоре на запах заглянули двое мужчин, а следом явилась целая делегация горцев с хмурыми лицами, в том числе стариков. Нормально понимать их мог только Дмитрий, поэтому пока его не отыскали и не позвали, в кухне царило полное недоумение. Но вот кое-что прояснилось: свинину в Тушетии есть нельзя! Только за перевалом. И об этом вообще нигде ничего не написано! В туристических буклетах тоже. «А у нас все знают», - было железным аргументом местного аксакала. Если нарушить древние правила, то обидятся духи, речка выйдет из берегов и случится беда. Поэтому всю свинину следует собрать в пакет и отдать речке.

Нехило офигевшие от такого поворота и таких объяснений, мы выгребли почти готовое мясо, а в жир закинули жарить картошку. Небольшую часть действительно положили в пакет, но выбросить всё руки не поднимались: это же мясо! Вкусное! Жалко. Остальное упихнули в контейнер, и ребята незаметно заныкали его в багажник машины, пока в темноте спускались к речке «приносить жертву». Я настаивал, что назавтра придумаем, как съесть продукт вне видимости аборигенов. Наш проводник тем не менее упирался и возражал, что так нельзя, духи всё равно знать будут. Я до сих пор не уверен, что он говорил это всерьёз.

Ночью попробовал пообщаться с местными духами. Получилось нечто странное: меня несомненно заметили, но никакой ответной реакции, кроме «хмурого», похожего на облик аборигенов, внимания, я не отсёк. Попытался передать им, что не нужно сердиться, если традиции нарушают туристы, потому что как ребёнок приходит в мир, ничего не зная о нём, и мир учит его, так и туристы в неведении приезжают в горы. Меня выслушали и ничего не ответили. Показалось, что просто здесь не знают вот такой вот коммуникации, новодела 20 в. - прямого и без ритуальных реверансов выхода на контакт. Локального ченнелинга, если подбирать названия.


Двое немцев за стенкой, похоже, не просыхали всю ночь. Грохот одного из них, свалившегося с кровати, отработал побудкой. (Андрей с Олей спали через комнату, им истинные арийцы не помешали.) Втроём мы прогулялись в деревню, где Дима надеялся стрельнуть или купить сигарет. Увы, ни в одной из двух тамошних «домашних лавочек» курева не нашлось, все посылали в кафе в Омало.



Сложенная из сланцевых плиток башня в деревне – «действующая», некогда в ней укрывались и отбивались от врагов, ныне это один из сакральных центров общины, лазить по ней нельзя.

Домики выстроены из тех же плит, деревянная лишь отделка, крыши – из более крупных гладких пластин. Примета 21-го века – солнечные батареи – единственный источник энергии.



С дороги полюбовались на ещё один «центр» - руины церкви, обнесённые аж двумя рядами ограды – настолько это «священное» место. За первый ряд нельзя женщинам, за второй – никому.



Возле дороги каменное сооружение - источник-водопровод, табличка на нём гласит, что памятник охраняется ЮНЕСКО.



Завершилось утро вкуснейшими хачапури, приготовленными местными женщинами. (3 лари, а удовольствия – на все 100! :)) И брендовым «тушинским чаем», которые не стОит своей цены и вообще никакой не стоит, он оказался всего лишь настоем чабреца и дикой мяты, да ещё разбавленным. Чабреца очень много растёт по горам, но туристам травы собирать (и вывозить!) нельзя – заповедник (точнее, нечто среднее между нац. парком и резервацией, где охраняется традиционный образ жизни вместе с природной средой).



Когда мы выехали к башне, что виднелась высоко на горе, ночная свежесть сменилась жарой. Героические немцы уже ушли куда-то скандинавской ходьбой: они так из Омало и притопали с палками и перемещались только на своих двоих. Красочно повиляв по склону, проезжая дорога закончилась у какого-то заборчика (явного огорода, а не святилища), дальше предстояло добираться пешком. Башня оказалась вообще на другой горе, она отчётливо виделась вдалеке, путь к ней лежал через спуск в ущелье и долгий подъём (и лазить по ней, увы, тоже было нельзя). Вились какие-то тропы, по ним даже прошли нам навстречу туристы: то ли опять немцы, то ли голландцы из палаточного лагеря на берегу, чьё утро было ранним и бодрым. Мы поплутали немного, преодолели забор, поняли, куда надобно идти, но не поняли, как, и решили: «Да ну нафиг!» К тому же у москвичей был при себе дрон, а это не самая удобная поклажа (тяжёленький чемоданчик).



Взамен решили взобраться на уже недалёкую вершину «нашей» горки и оттуда запустить дрон – пусть летает и снимает, посмотрим через специальные удалённо подключаемые к камере очки или потом. О’кей! Пупырышки больших и маленьких сухих кочек, покрытых пучками травы, уходили вверх не слишком круто, не более 70 градусов от вертикали. Я с места дёрнул вверх на четырёх лапах; кое-где камешки сыпались из-под задних, но некритично: всегда оставались три надёжных точки опоры. А остальные зачем-то пошли в обход.
Сверху просматривались все удобные для подъёма площадки, и я взялся подсказывать, по каким из них лезть. Вскоре поднялись Оля с Андреем и Миша, а Дима рыскнул влево-вправо и чего-то застрял, не дойдя даже до первой. И подал голос:
- Народ, я здесь плохо вишу!
- Да лезь быстрее, всё нормально! – ответили ему сверху.
- Я действительно плохо вишу! Я не шучу! Я сползаю! Мой вес не держит!
- Ладно, сейчас спущусь к тебе, - объявил я, полагая, что ему просто надо подсказать подходящую опору.
Спуститься вышло только со второй попытки и на их след (вниз вам не вверх), я догнал его и обнаружил, что висит тот действительно плохо, извернувшись египетским человечком: сев задом на склон, развернув ноги в профиль, а руками при этом слабо (что не удивительно при такой-то позе!) держась за небольшие кочки вверху. Видимо, он зачем-то перемещался не «лицом к скале» и, когда одна нога поползла, уже не мог из этого положения двинуться ни вперёд, ни назад.

Довольно далеко внизу бежал ручеёк, где-то ниже нас склон пересекала тропа, по ней даже проехали двое(?) на лошадях, видимо, недоумевая, какого лысого мы торчим наверху. Ехать дотудова на заду вышло бы не особо приятным и очень обидным: пришлось бы лезть обратно и то, если бы задница не пострадала. Не слишком понимая, что делать дальше, я подпихнул кроссовок под упор ближней ко мне Димкиной пятки: под ней торчала кочка явно под мой размер.
- Распределяй вес и не дёргайся.
- Принесите верёвку! – додумался Димон. – Она в машине, машина открыта!
Рефлекторно он попытался жестикулировать, поясняя, где именно в машине верёвка, и тут действительно слегка пополз вниз.
- Не шевелись! – рявкнул я на него. – Замри и не двигайся, тут как в болоте, дёргаешься – затянет.
- Я впадаю в панику, - сообщил тот.
- А ты выпадай из неё.
Но товарищ почему-то совета не оценил и ещё несколько раз пытался пошевелиться с одинаковым результатом, а для успокоения пошире растоптал ступеньку под дальней ногой. Ну, не свалился, и ладно.

Андрей вернулся с одним из двух буксировочных канатов. Длины не хватило, пришлось ему немного спуститься, чтобы спасаемый ухватил конец.
- Держись, сейчас я тебя вытащу, - бодро пообещал Андрей, наклоняясь над обрывом.
- Во мне 90 килограмм! – взвопил Дима.
- А во мне 80! – парировал тот.
- Миша, страхуй его сзади! – заорал уже я, пока никто ничего не успел сделать. – Бери за вторую руку и отклоняйся назад! Оба отклоняйтесь назад!
Миша устроился, полагаю, на твёрдом выходе сланца и осуществил манёвр. Андрей (из отклона) потянул, Дима продвинулся чуть больше, чем на метр, и продолжил стенать:
- Ничего не выйдет, я слишком тяжёлый!
Пока он не мог видеть, я подставил ему под каблук переднюю лапу (сила трения за меня) и, удерживаясь от мата, гаркнул:
- Лезь вверх!
Наш «бегемот» осилил первую ступень, дальше пошло легче. Когда все выбрались на вершину, он первым делом стрельнул у меня сигарету.
- И мне, - присоединился было Андрей, но Оля так на него посмотрела, что немедленно передумал.
- Всё от того, что я кусок свинины съел, - «догадался» Дима. – И в речку мы не всё отнесли.
- Я тоже съел, - больше на такую дичь возразить было нечем, - и мне не мешает. Эх, мне бы ещё камешек!
Я встал, оглядывая проступающий под травой серый сланец, сделал три шага и поднял кусок кварца. «Спасибо!» - мысленно поблагодарил духов на всех известных мне языках. Потом неподалёку подобрал ещё два – меня просили привезти камень, и ещё на подарочек.
- Отсюда камни нельзя уносить, - Дима не возражал, он информировал. – Местные против будут.
- А я им не покажу! – и засунул в карман. – Мне разрешили!
Мне показалось, кто-то где-то едва заметно улыбнулся под маской суровости, или что-то улыбнулось.

Запустили дрон. Маленький отважный вертолётик в одиночку отправился исследовать далёкую башню, а затем на осмотр ущелья. Мы по очереди примеряли очки и «смотрели его глазами», ненадолго превращаясь в птицу!



А потом прилетел стервятник. «Если вам повезёт, вы можете их увидеть», - гласил рекламный проспект. Нам повезло, громадная птица неспешно спустилась из-под небес, величаво проплыла над головами, возможно, проверяя, действительно ли ей тут ничего не обломится, и снова ушла к вершинам. А я стормозил и не сфоткал. Если Оля позволит использовать её кадры – потом бонусом покажу. Ей удалось.

Оказалось, что с нашей горки прямо к машине ведёт натоптанная удобная тропа, так что штурмовые подвиги вышли делом совершенно зряшным.



На спуске опять запускали дрона – на этот раз Оля и Андрей снимали с его помощью проезд Монтеры по серпантину. И ещё раз на дубль, включив режим «сопровождение транспорта», оказывается, вертолётик это умеет. О_О Возможно, кадры когда-нибудь будут в широком доступе (или войдут в какой-нибудь её фильм).

Милота! – мягкое телячье ушко.



Ребята проголодались, нужно было купить сигарет, и мы двинули в Омало. Дима форсировал быстрый неглубокий приток Пер. Алазани на скорости и, судя по ухмылке, припоминая, как вчера вечером местные отметили его лихой проезд. Но, похоже, выпендрёж в горах любят не очень.

(продолжение следует)
Tags: ветер странствий
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments